Генеральный директор EMTG, основатель Buybrand и VerSous
Domino’s
В подразделении Domino’s Pizza Enterprises — крупнейшем мастер-франчайзи Domino’s Pizza за пределами США — в последние годы возникло напряжение вокруг трансформации форматов и обязательных инвестиций.
Центр продвигал:
— обновление концепций,
— цифровизацию,
— изменение стандартов,
— перераспределение операционной ответственности.
Крупные франчайзи публично ставили под сомнение экономическую обоснованность ряда решений.
Это не был одномоментный скандал — это был конфликт о праве на финальное стратегическое решение.
Суть: когда франчайзи становятся финансово сильными мульти-юнит операторами, вопрос «кто управляет системой» перестаёт быть формальностью.
Subway: когда стандарты отрываются от юнит-экономики
Пример системной эрозии без одномоментного взрыва.
С 2015 года сеть закрыла тысячи точек в США. Крупные мульти-юнит франчайзи объявляли банкротства. Формально — рынок и конкуренция.
Фактически — сочетание факторов:
— обязательные реновации, — давление через ценовые акции, — каннибализация точек, — снижение маржи при неизменных требованиях.
Сеть долго рассматривала проблемы как локальные. Они оказались системными.
Суть: обязательные стандарты без устойчивой экономики для партнёра неизбежно приводят к конфликту — открытому или скрытому.
McDonald’s регулярно сталкивается с коллективными исками и трудовыми спорами
Включая дискуссию о статусе «совместного работодателя».
В сверхкрупной сети любой структурный дисбаланс: — в трудовой модели, — в договорных отношениях, — в продлении франшиз, — в перераспределении прибыли.
И дисбаланс становится не управленческой проблемой, а правовой.
Суть: чем масштабнее система, тем выше цена управленческой асимметрии.
Один партнёр — системный репутационный риск.
И Crunch Fitness, и Vodafone сталкивались с ситуациями, когда действия отдельных операторов становились репутационным кризисом для бренда в целом. Причина — децентрализация при высокой публичности. В зрелой сети бренд уже не принадлежит только управляющей компании — он становится общей уязвимостью.
Почему в России конфликт выглядит иначе
В российской практике почти отсутствуют:
— коллективные иски как отраслевой инструмент,
— ассоциации франчайзи,
— культура публичного давления на бренд.
Но это не означает отсутствия конфликта. Он просто принимает иную форму.
Как это происходит на российском рынке
1. Формальное согласие — фактическое неисполнение. Решения принимаются, но внедрение растягивается или саботируется.
2. Неформальная координация сильных партнёров Без лидеров и публичных заявлений. Одинаковое поведение в разных регионах — главный маркер.
3. Размывание правил через «исключения» Каждое частное послабление ослабляет систему сильнее, чем открытый спор.
4. Потеря авторитета управляющей компании Договор остаётся, влияние — нет.
5. Медленная эрозия вместо громкого взрыва Сеть продолжает существовать, но теряет управляемость.
Общая логика конфликтов — вне зависимости от страны
Зрелая франчайзинговая сеть почти неизбежно сталкивается с одними и теми же точками напряжения:
— рост требований к франчайзи (CAPEX, реновации, стандарты); — усиление крупных мульти-юнит операторов; перераспределение маржи; — отсутствие заранее прописанных сценариев конфликта; — попытка «переждать» вместо управляемого диалога.
Запад показывает, что происходит, когда конфликт институционализируется. Россия — что происходит, когда он игнорируется.
Главный вывод для управляющих компаний
Зрелость сети — это не количество точек. Это способность:
— вовремя распознать потерю управляемости, войти в конфликт осознанно,
— задать рамки до того, как партнёры начнут диктовать условия.
Франчайзи начинают давить не потому, что они «плохие». А потому что:
— система стала экономически асимметричной, — границы управленческой власти размыты, — неисполнение решений не имеет последствий.
Коротко
Западные кейсы — это громкий финал. Российская практика — это тихий процесс. Причины одни и те же. Цена игнорирования — потеря сети как управляемой системы.
В своём Telegram-канале я планирую подробнее разобрать:
— как распознать ранние признаки потери управляемости;
— какие управленческие ошибки ускоряют конфликт;
— и какие инструменты реально работают в российских сетях.
